Долгий, животный вой наказанного уголовника, доносившийся из расположенного в подвале карцера, начал действовать дежурному офицеру на нервы – в конце концов, уже вечер и хочется немного расслабиться. Офицер встал и приоткрыл дверь:

– Сержант! Скажите, чтобы крикуну дали пару раз дубинкой по затылку. Пусть висит молча. Надоел!..

Ночью запись разговора Фарида Акбара и Мустафы Сайды прослушал человек в светлом костюме – копия записи была получена от начальника центральной тюрьмы. Когда отзвучали голоса заключенных, второй человек, присутствовавший при прослушивании, сказал:

– Пока все идет как запланировано. Завтра они устроят сведение счетов. Предупредите начальника тюрьмы, чтобы они не вмешивались в это дело до нашего распоряжения. Пусть ситуация развивается естественным путем.

Слушая его, человек в светлом костюме почтительно стоял и согласно кивал.

– Кстати, – прищелкнул пальцами говоривший, – вы уверены, что будет достигнут нужный результат?

– Абсолютно уверен, – чуть поклонился человек в светлом костюме, – потому что на прогулку должны вывести именно тех, кто нам нужен...

Вилла «Джулия», облюбованная Джеймсом Хоном для своей резиденции, располагалась в уютном пригороде – тихом, зеленом, удаленном от шумного центра, базаров и провонявшего рыбой порта.

Греди всегда завидовал способностям Хона и его умению везде устраиваться с удобствами – даже временное жилье тот умудрялся превратить в комфортабельные апартаменты. Приехав сюда работать в качестве представителя международного благотворительного фонда по развитию образования, Джеймс быстренько подыскал приличное гнездышко.

Сейчас, рассматривая обстановку библиотеки виллы в ожидании появления пригласившего его хозяина, Эдвин вновь думал о том, как же удается Хону все так ловко и быстро устраивать? Прожил тут не более двух лет, а дом и сад выглядят так, словно здесь родилось и состарилось не одно поколение Хонов, передавая друг другу по наследству не только деньги, но и склонность к комфорту и устоявшиеся привычки.